ARABSKIY_PILOT

Ну штош, дорогие россияне, свершилось. Момент икс наступил с неотвратимостью конца скользкой полосы с максимальным посадочным весом. Ваш покорный слуга окончательно и бесповоротно повесил фуражку на гвоздь в ситуации когда даже идеально здоровый пилот завалит ВЛЭК просто по причине отсутствия графы для его возраста.

Привыкнуть к этому — квест еще тот. Вдруг выяснилось, что спешить решительно некуда. Не нужно гладить форменные рубашки и напаривать на брюках стрелки, рабочий телефон молчит и предполетная суета в кокпите ушла к другим.

Не то чтобы хочется обратно - непривычно просто. Всё-таки 43 года летной работы примерно в одном режиме. Как будто начинаю жизнь заново. Интересное ощущение, должен вам сказать, которое еще усугубляется тем, что я не просто на работу перестал ходить - уехал из дома и страны, где прожил 26 лет ... Но, ничего - щас оклемаюсь и начну из шкафа скелеты доставать по одному. Теперь меня ничто не держит 😉.

К этим мыслям прилагается клип из моих фотографий с песней Вадима Захарова. Я всегда знал, что черта будет подведена именно этой песней...

И да, про идеальное здоровье - это я погорячился. Сделанный недавно полный анализ крови показал запредельно низкое содержание алкоголя в крови. Доктор сказал, что если я вплотную этим не займусь, долго не проживу. Так чтааа, если иногда буду неадекватен - все претензии к доктору😜.

Пришло налоговое уведомление. За моё скромное коммерческое помещение, которое вот уже пятый год еле дышит, словно старый Ан-2 прогревающий двигатель морозным утром..

Два года назад налог был четырнадцать тысяч. В прошлом — восемьдесят. В этом — сто шесть. Увеличение почти в восемь раз. 

Не катастрофа пока — но тенденция понятна.

Очередной штрих в пейзаже жизни отдельно взятого гражданина, на фоне которого государство выглядит как заправская доярка, только вместо коровы — мы, а вместо молока — налоги и сборы на поддержку экономики, вылетающей в трубу стволов гаубиц в Донецкой области.

И ведь что характерно: пока народ одобряет происходящее — доить можно бесконечно. Главное, чтобы корова не догадалась, что она корова.

Как однажды сказала незабвенная Галя Охрименко (не спрашивайте, кто это - долго объяснять):

- Коммунисты — козлы, н., п., е., б.! 

Сия высеченная в камне фраза была впервые произнесена году так в 90-м на лестничной площадке между вторым и третьим этажом общежития авиаработников Сыктывкарского ОАО, подслушана и донесена до народа вторым пилотом Эдиком Родионовым.

Компьютер, как положено, добросовестно запикивает:

Н — вводное слово, определяющее направление движения.

П — народное название лиц нетрадиционной ориентации.

Е — характеристика процесса, которому они, собственно, предаются.

Б — универсальный эмоциональный усилитель.

С тех пор многое изменилось — кроме сути. Поэтому вместо неактуального уже “коммунисты” поставьте другое слово, соответствующее сегодняшнему моменту. Смысл не изменится.

Авиационные разговоры мои, видно, скоро пойдут на убыль — эстафету пора сыну держать. Пусть теперь он за меня отдувается.
В этот раз наследник махнул в Нова Скотию — всего на три дня, за поплавковым рейтингом. Жил в бунгало прямо у кромки воды: открыл дверь — и уже причал, а за ним самолёт, словно лодка, ждущая хозяина. Вылетал от собственного порога, будто с крыльца во двор. Почти отпуск, почти беззаботность.

У сестры есть личный новояз — «взмандило», этимология которого теряется в глубинах её сознания. Означает это внезапное решение, которое тут же превращается в одержимость. Вчера было спокойно, а сегодня уже всё решено и пути назад нет. Если что — пользуйтесь 😉.

И преследует её это по жизни. Поступить в хореографическое училище, просто, чтобы научиться танцевать, — и бросить перед выпуском. Уехать в Питер учиться на бортпроводника (виноват, моя идея). Выучить испанский. Научиться писать сценарии к фильмам. Заняться йогой в ковид. А потом — вдруг работа с детьми-аутистами. Всегда одно и то же: взбредёт в голову — и вперёд.

Внезапно очередное взмандилово - забраться на Эльбрус. 56 (пятьдесят шесть) лет. Прилично лишний вес, вечная борьба с ним. Но покупается путёвка, нанимается тренер, пишется программа. А как же - взмандило!

И вот через полгода: минус двадцать килограмм, крепкие ноги, веревка, ледоруб, пронизывающий ветер и взгляд на мир сверху вниз.

Ну, не абсолютно сверху — 5420м. До вершины двести метров не дошла - гипоксия. Но это простим.

Ибо вершины нужны не для того, чтобы на них стоять, а для того, чтобы к ним идти.

Что, в общем-то, и предполагалось, ибо трудно вообразить причину одновременного отказа двух совершенно независимых двигателей. Согласно предварительному отчету оба двигателя прекратили работать из-за установки обоих выключателей подачи топлива (Fuel Cutoff Switches) в быстрой последовательности в положение "CUT OFF" ("выключено"). На фото они обведены красным. Это не простые выключатели, которые можно случайно задеть. Их сначала надо вытянуть на себя и только после этого их возможно собственно установить вниз  в положение "CUT OFF". Один из пилотов (Не уточняется, кто — капитан или второй пилот. Это дело отдельной экспертизы) спросил, типа, нафуя ты это сделал? Другой ответил, что он ничего не трогал. Ожидаемо - тупая отказка. Я не я, и лошадь не моя. Особенно, если это п.1 (см. ниже). После этого они были установлены обратно в положение "RUN", и двигатели даже начали перезапускаться, но времени естественно, не хватило.  Могу вообразить только две причины. 

1 - Заеб, т.е. необъяснимое, нелогичное, ненужное, неосознанное действие. Причем, в этом случае ЧЕТЫРЕ действия ( по два на каждом выключателе). Т.е., это должен был быть совершенно эпичный заеб.

2 - Суицид. Второе мне видится более вероятным. Ибо было уже в даже недавной истории авиации и не раз.

Печальная иллюстрация того, что было бы с самолетом Дамира Юсупова и его "героизмом", если бы не кукурузное поле. Один в один. Только вместо кукурузы - дома. Внешне очень похоже - потеря тяги и неубранные шасси (скорее всего, забыты в стрессе). И, кстати, возможным попаданием птиц в оба двигателя. Усугубляется большим весом и высокой температурой. Закрылки в основной взлетной конфигурации с такого ракурса при плохом разрешении практически не видны. Они в минимальном положении почти не отклоняются, в основном выдвигаются. Дримлайнер не допустит взлёта без закрылков. 

Земля пухом ...

Про SR-71 все знали одно: быстрее него ничего не летает. Ну а мы, хоть и привыкли, но, когда несешься в три раза быстрее звука, если честно, подбивает похвастаться. Хоть чуть-чуть.

Сказать, что это было весело — как-то язык не поворачивается. Весело — это когда мотороллер завелся с первого раза. А у нас тут — строго, точно, напряженно. Иногда даже головой думать приходилось, не только руками.

Но был один случай. Один. Когда это действительно было весело.

Мы с Уолтом заканчивали последний тренировочный вылет программы. До нужных ста часов налёта не хватало чуть-чуть, и вот — набрали. Можно сказать, галочку поставили. Летим над Аризоной, все приборы ведут себя, как на выставке достижений. Самолёт — шелковый. Мы уже не просто в кабине — мы в ней дома.

Я впереди, у меня обзор — ах. Видно всё: пустыня, холмы, Калифорния на горизонте. Кривизна Земли вполне очевидная. Уолт сзади сидит, радио слушает. Ему, бедному, из иллюминатора только кусок неба и приборы. А у него в ушах — сразу четыре частоты, как радиорубка на рыболовецком траулере. Мне его жалко даже – никакой романтики.

Решил — включу себе звук, послушаю, что там в эфире. Вдруг интересное? А там — будни, рутина. Диспетчера из Лос-Анджелеса гоняют мухобоистых, чтобы большим не мешали. Тут в эфир выходит голос — тоненький, нервный, сразу слышно - «Цессна» первоначальная, похоже - первый свой соло кросс-кантри летит. Просит путевую*. Ему отвечают спокойно, с достоинством:

— Девяносто узлов**.

Последняя "хлебная карточка" (медицинский сертификат). Закончится как раз в день завершения последнего контракта... Повезло, что здоровье позволило летать до пенсии. Точнее, повезло уехать туда, где тебя на ВЛЭКе наизнанку не выворачивают. А так, свою карьеру в 1983 году я начал с частых экстрасистол, высокого билирубина и, как результат, ЦВЛЭКа. А до этого с сетования врача в медсанчасти училища о том, как они меня на приемной медкомиссии пропустили с блефаритом. 

Лётного долголетия ничего не предвещало...

В любом случае, мы к медкомиссии тщательно готовимся и тщательно скрываем свои болячки, если есть. У летчика в принципе может быть только два состояния - или абсолютно здоров или труп. И так всю летную жизнь. Особенно там, где медкомиссия совмещает свои функции с гестапо. 

Итак, в последний раз и как обычно - 20 минут. Ну и, кардиограма до этого ещё 10. Сколько эта простота мне нервных клеток сэкономила за последние 26 лет... В России я бы столько на летной работе вряд ли продержался. 

Сын, кстати, в Канаде последний ВЛЭК проходил ..... по телефону. Успел буквально в месяц окончания ковидного протокола. Просто позвонил, поговорил с доктором, и вуаля - через минуту медицинский сертификат 1-го класса пришел в электронную почту.

Привет российской авиационной медицине 😉.

Мои пять копеек. А то все уже высказались после завершения расследования. Неудобно как-то.

Буду краток в отличии от разливающихся мыслью по древу преподавателей CRM и прочих борцов с губернаторами. 

Самолет оказался над торцом полосы в Шереметьево в положении, из которого, по идее, его можно было без проблем посадить. Что было до этого, к сути проблемы напрямую не относится. 

Ан не случилось. Опытный пилот Денис Евдокимов, конечено же, хотел это сделать и очень старался, но не смог. Почему?

 Система управления Суперджета отличается от его предыдущих типов тем, что компьютеры преобразует импульсы управления пилота, и до рулей они доходят несколько другими. Когда все работает, это удобно , безопасно и позволяет реализовать различные виды автоматических защит в критических ситуациях. Но когда она вдруг сказала «а теперь сам», то выясняется, что не каждый пилот без специальной регулярной тренировки да еще и в приличном стрессе может управлять таким самолетом напрямую.